DANTE MIZZI, 35


http://s3.uploads.ru/9co57.png

ИМЯ: Dante Noé Mizzi | Данте Ноэ Мицци
ПОЛ: мужской
ДАТА РОЖДЕНИЯ: 18 июня 1864.
КЛАСС: третий.
УРОВЕНЬ: третий.
РОД ЗАНЯТИЙ: владелец угольных шахт, один из спонсоров лаборатории по изучению людей со способностями.
СПОСОБНОСТЬ: детектирование лжи  - чувствительность ко лжи.


ВНЕШНОСТЬ: Леонардо ДиКаприо | Leonardo DiCaprio
ХАРАКТЕРИСТИКИ: светло-русые волосы, голубые глаза, рост 180 см, телосложение среднее.
ПРИМЕТЫ: отсутствуют.

Данте Мицци - мужчина среднего роста, широкоплечий, не сказать, чтобы стройный – обычный, без лишнего веса, но и особой фигурой не отличается в силу сытой жизни третьего класса. Взгляд пристальный и цепкий, будто бы смеющийся, даже когда мужчина находится в состоянии покоя. Лицо благородное,  в целом приятное, возможно, если бы не взгляд, Данте мог бы с первого взгляда располагать к себе. Держит гордую аристократическую осанку, при ходьбе шагает широко и вообще ходит быстро, так, что многие за ним не поспевают. Обычно гладко выбрит, но в силу того, что относительно недавно проспорил другу, сейчас носит бороду и усы. Одет всегда с иголочки, очень чистоплотен,  потому выглядит опрятно, считает непозволительным для себя этим поступиться. В силу возраста уже потерял юношескую свежесть, выглядит зрело и солидно, производит как правило впечатление человека, который в жизни прошёл через многое, что, впрочем, не так далеко от истины. Часто появляется на людях с тростью, при себе неизменно носит карманные часы на цепочке.


РОДСТВЕННЫЕ СВЯЗИ:
Вильгельм Марко Мицци – отец, скончался от сердечного приступа;
Табита Мария Мицци (Вебер) - мать, умерла в родах;
Сантина Дамиана Мицци - младшая сестра;
Вита Эдвидже Мицци - дочь;
Рольф Вебер - дядя по материнской линии.

Биография

Мало существует тех счастливцев, кто появился на свет в состоятельной и благородной семье, имеющей безупречную репутацию. Во всяком случае, их в Тиасе немного, однако Данте повезло (или же наоборот) стать одним из них. Он стал первенцем в семье владельца угольных шахт и, пожалуй, самой прекрасной женщины Тиаса, во всяком случае, так полагал отец и впоследствии и Данте. Род его отца идёт ещё от первых поселенцев, прибывших из Италии на новый континент, а род матери принадлежит немецкому знатному роду, не так давно перебравшемуся в Америку. Господин Мицци-старший уже в третьем колене владел угольными шахтами и весьма успешно развивал своё дело, во всяком случае, его семья прочно укоренилась среди элиты Тиаса и положение её было совершенно безбедным. В общем, оба родителя Мицци-младшего были людьми из высшего общества во всех смыслах этого слова и являли собой воплощение образованности, воспитанности и благородства.
Никто так и не может объяснить, как у таких положительных родителей смог появиться такой дьяволёнок, как их сын. Вообще, Данте был спокойным ребёнком. Ровно до того момента, как научился ходить, после этого дом четы Мицци вечно был перевёрнут вверх дном. Любопытство и активность юного наследника отцовского состояния зашкаливали настолько, что он влезал в каждую щель, получал за это по шее, а потом снова лез туда же до тех пор, пока любопытство не было удовлетворено.
Детство у Данте было в полной мере: несмотря на высокое происхождение, его родители не были снобами, едва ли не сразу после рождения спихивающими ребёнка многочисленным нянькам, а уделяли сыну достаточно внимания, чтобы мальчик чувствовал себя любимым. Кроме того, он был единственным ребёнком в семье, потому Данте буквально купался во внимании разнообразных дядюшек и тётушек.
Когда настало время, юному Мицци начали давать основные уроки: чтение, счёт, рисование, музыка, иностранные языки и тому подобные основы, которые преподают любому отпрыску знатного рода. И в это же время в дом нагрянула беда (по крайней мере, так позднее думали родители) - Данте вдруг обнаружил - он понимает, когда другие люди говорят ему неправду. И было это чувство таким естественным, как дыхание или возможность видеть, что мальчик и подумать не мог, будто бы это ненормально. Определённое время он даже думал, что каждый человек чувствует ложь, но потом понял - когда он хитрит, взрослые, а тем более его сверстники далеко не всегда понимают, лукавит Данте или говорит правду. Этот факт несказанно обрадовал Мицци-младшего, и он стал этим пользоваться настолько, насколько позволял ему его детский разум. Например, можно было понять, правда ли в буфете, что стоит в гостиной, нет конфет, и собирается ли отец действительно наказать не в меру любопытного сына. Какое-то время необычный дар Данте оставался в тайне, пока не настало время проверки на способности.
Словами не описать, какую панику вызвал у родителей тот факт, что их единственный отпрыск родился с даром (или, как они утверждали, проклятием). К счастью, они слишком любили своего сына, чтобы отказаться от него из-за обнаруженного факта, а у семьи хватало денег, чтобы купить, кого нужно. В итоге проверяющему досталась одна из угольных шахт, а тайна Данте осталась нераскрытой. Будучи пятилетним мальчишкой, Мицци-младший лишь через несколько лет понял, какая беда обошла его стороной фактически чудом. К чести родителей, их отношение к сыну не изменилось, лишь первое время им было как-то не по себе, но в скором времени Вильгельм и Табита свыклись со всеми обстоятельствами. Заодно к ним пришло понимание, откуда этот сорванец знал, когда его пытаются обмануть.
Годы шли, Данте рос, мальчика научили держать свою способность (родители говорили "особенность") в тайне, да и он сам не был дураком, чтобы рассказывать об этом где попало и кому попало. И дело даже не столько в риске попасть в гетто, сколько в отсутствии выгоды. Зачем раскрывать карты? Способность чувствовать ложь - это настоящий туз в рукаве, и Данте понял это очень скоро. Ему смешно было смотреть на людей, которые так или иначе пытались его обмануть, и мальчику нравилось поначалу делать вид, что он поверил, а потом поступать совершенно неожиданно для оппонента.
Он рос непоседой и сорванцом, что не смогло из него выбить строгое отцовское воспитание. Данте почти всё своё свободное время пропадал на улице, в одиночку бродил по третьему уровню или собирал компанию из многочисленных друзей, которую не раз притаскивал к себе, дабы устроить посиделки. Несмотря на крутой нрав, мальчик снискал любовь среди своих сверстников. Пусть и было в нём огромное самолюбие (он ведь обладает способностью, которой нет у других), зазнайкой Данте никогда не слыл, кроме того, Мицци-младший никогда не был лишён определённой харизмы, что только способствовало росту его популярности среди детей. Были, конечно, и те, кому мальчик не нравился, кое-кого он и вовсе раздражал своей не в меру активной натурой, бывали разнообразные конфликты, стычки, даже несколько драк, за которые Данте был справедливо отруган и наказан, но это нисколько не испортило ему детство.
Когда Данте исполнилось одиннадцать, в его жизни произошла первая по-настоящему судьбоносная встреча. В офисе Мицци-старшего работало много людей второго класса, и один из них смог устроить своего сына курьером у секретаря. Данте, скорее всего, и не обратил бы на этого мальчишку внимания, если бы не один случай. Когда отец привёл Мицци-младшего в офис и ненадолго оставил его одного, отпрыск быстро нашёл, чем себя занять, а конкретно нарвался на неизвестного ему тогда мальчишку. Хотя, конечно, спорный вопрос, кто на кого нарвался, да и подробности со временем забылись. Керьен говорит, что Данте стал придираться к тому, что мальчик-курьер на него как-то не так глянул, Данте же в свою очередь уверяет, что Керьен начал дерзить по поводу того, что Мицци слишком пристально его рассматривает. В любом случае, всё закончилось дракой. Мальчишки сцепились в коридоре, когда один шёл с поручением к секретарю, а второй просто прогуливался. Драчунов еле смогли разнять, а потом обоим всыпали так, что мало совсем не показалось. Позднее, когда все разборы полётов улеглись, мальчишки уже ближе к вечеру столкнулись на улице, обменялись парочкой любезностей, а потом с чего-то решили друг другу представиться.
Так завязалась дружба между Данте Мицци и Керьеном Берром, которую они пронесли сквозь десятилетия. Именно благодаря другу Мицци-младший открыл для себя второй уровень, куда он часто наведывался в компании Керьена. Позднее мальчишки вместе стали иногда спускаться и на первый уровень, где не раз наживали себе приключений на известные места, так что впечатлений хватало надолго. А спустя четыре года после знакомства Керьен стал главной опорой для Данте, когда в семье Мицци произошла огромная потеря.
Когда сыну уже было четырнадцать, госпожа Мицци забеременела вновь. Родители долго спорили по поводу того, стоит ли оставлять ребёнка, ведь Табите уже за тридцать, но мама настояла на своём, и ребёнка оставили. Беременность протекала тяжело, госпожа Мицци буквально увядала на глазах, что едва ли не приводило отца в отчаяние. Данте же верил в лучшее - ну что плохого может произойти с мамой? Ребёнку всегда кажется, что уж с его-то родителями точно ничего не случится. Все беды происходят там, за пределами их семьи. Но мироздание поспешило избавить Данте от этого заблуждения: едва ему исполнилось пятнадцать, его мать родила девочку и в родах скончалась. Сказать, что семья была убита горем, значит сильно умалить всю ту боль и всё отчаяние, что воцарились в доме Мицци. Это же неправильно, этого просто не может быть. Как? Как вообще возможно, что эта удивительно прекрасная женщина, его нежно любимая мама теперь никогда, никогда больше не будет рядом? Эта мысль была слишком нереальной, чтобы она сразу улеглась в голове.
Какое-то время Данте даже не решался посмотреть на сестру. Пребывая в подвешенном состоянии, он бесцельно болтался по улицам города, не думая совершенно ни о чём и забросив все дела. Юноша часто пропадал на нижних уровнях, потому что там никто не думал его искать и, как следствие, никто не мешал ему продолжать кутаться в свой кокон из скорби и всепоглощающего чувства невосполнимой утраты. Отец и вовсе замкнулся в себе ещё больше, заперся в своём кабинете и не выходил оттуда сутками. Бедная новорождённая девочка на несколько недель была отдана на попечение нянькам, не виноватая ни в чём, но уже успевшая снискать подобное пренебрежение. В конце концов Данте понял, что ничего изменить уже нельзя, остаётся только принять, как бы тяжело это не было. Пересилив себя, он решился прийти в детскую, чтобы наконец познакомиться со своей сестрой, и в первое же мгновение бесконечно её полюбил. Может быть, из-за того, что она, такая маленькая и беззащитная, была беспричинно лишена родительской заботы с самого рождения, может, просто потому, что эта девочка - всё же его родная сестра. Да и мама бы не одобрила, что её муж с сыном взяли и бросили несчастную малышку одну. С того самого момента не было дня, когда Данте не уделял бы внимание сестре. Он отдавал ей почти всё своё свободное время, словно пытаясь восполнить те недели, что она прожила без внимания с его стороны. Для юноши это было своего рода обрядами – заглянуть к сестрёнке перед завтраком, чтобы проверить, хорошо ли она поела, поиграть с ней после занятий, укачать её перед тем, как самому лечь спать. Иногда, когда Сантина ночами никак не желала засыпать, Данте отпускал нянек, дабы те выспались и лучше приглядывали за малышкой днём, и сам присматривал за ней. Наутро он, конечно, безумно хотел спать, а днём клевал носом, пару раз даже засыпал на занятиях, за что, конечно, получал по шее, но ничто не могло заставить его изменить своим «обрядам».
Отец так и не хотел видеть дочь, несмотря на все уговоры сына. Данте просил его, умолял, несколько раз даже срывался и высказывал ему всё, что накипело на душе, но всё тщетно - отец либо не реагировал, либо молча выставлял не в меру шумного сына за дверь. Мицци-младший приходил в ярость и от безразличия отца, и от своего бессилия. Конечно, он безумно скучал по матери и бесконечно сожалел о её безвременной смерти, но нельзя же из-за этого отворачиваться от всего мира, а тем более от собственного ребёнка. Именно в это время между Данте и его отцом образовалась некая пропасть, которая становилась больше с каждым годом. Сын винил своего родителя в непомерном эгоизме, а Вильгельм в свою очередь почему-то и не пытался снова найти к отпрыску подходит. Может, виной тому была душевная травма, которую нанесла ему смерть горячо любимой жены, или же была иная причина, но факт оставался фактом. Некогда доверительные отношения между сыном и отцом резко охладели и превратились в исключительно деловые – отец продолжал готовить Данте к тому, что он унаследует шахты, Данте внимал урокам, и это было единственным, что их объединяло.
Что было ещё более ужасным – отец стал не единственным, кто так отдалился от новорождённой девочки. Словно обвиняя её в смерти всеми любимой Табиты, родня не особо интересовалась состоянием малышки, хорошо ли о ней забоятся. Казалось, само её существование напоминало всем об утрате.
Единственный из родственником, кто не отвернулся от малышки, был брат их с Данте матери - дядя Рольф, который всегда был частым гостем в доме Мицци. Он не раз дарил племяннице игрушки, не гнушался поиграть с ней и относился к ней с такой теплотой, с какой только дядя может относиться к дочери своей сестры, за что Данте был бесконечно ему благодарен. Всё-таки трудно было в пятнадцать лет буквально в одиночку воспитывать маленькую девочку.
Имя сестре Данте выбрал сам – Сантина, его он подбирал долго и тщательно. И он же обнаружил, что девочка отличается от других. Когда Тине исполнилось полгода, она вдруг перестала есть. Стала отказываться от молока и пюре из овощей и фруктов, которыми её уже начинали прикармливать, и, тем не менее, чувствовала себя прекрасно. Девочку осматривал не один врач, но никто так и не смог найти причину отсутствия аппетита, пока Данте обо всём не догадался. Поначалу он не обращал внимания на головокружение, которое возникало после того, как он так или иначе касался сестры. Вернее сказать, он никак не связывал эти два факта. Мало ли, отчего может кружиться голова: погода меняется, давление понизилось, сказывается пережитое горе – факторов множество. Так продолжалось несколько недель, пока один случай не расставил все точки на i – Сантина капризничала, хныкала, игрушки и кривляния брата, которые обычно успокаивали и веселили её, не помогали. Когда Данте взял её маленькие ладошки в свои, она вдруг успокоилась буквально через несколько секунд, и в следующее мгновение у Мицци вновь закружилась голова. Тут же его посетила догадка, когда он сопоставил факты. В следующие разы он уже специально заметил связь между касаниями, головокружением и прекращением капризов сестры. Какое-то время Данте отрицал эту связь, даже несмотря на то, что сам успел убедить себя в её существовании. Ему совершенно не хотелось, чтобы Сантина обладала способностью, тем более такой, но закономерность заставила его всё признать. Поначалу он испугался, ведь придётся как-то избавить сестру от проверки на способности, но потом смирился с действительностью и убедил себя в том, что выход он уж точно найдёт. В конце концов, до проверки ещё полно времени, что-нибудь да придумает.
Шло время, догадка Данте подтверждалась – Сантина так и отказывалась от еды, получая необходимую энергию через прикосновение. Мицци-младший приучил сестру носить кружевные перчатки, когда она выходила из комнаты или была не одна, и сам отдавал ей часть своей энергии, не обращая внимания на последующие недомогания. Всё равно они легко устранялись, если, например, выпить очень сладкий чай или съесть что-нибудь сладкое. Какое-то время Данте хранил всё втайне, но позднее рассказал о способности Сантины дяде, влияние которого в правительстве на тот момент уже становилось сильнее. Дяде Рольфу этот факт, само собой, не пришёлся по душе, но он пообещал помощь, если таковая понадобится.
Дядя же вывел племянника в свет, взяв за правило брать его с собой на многочисленные приёмы. Не то чтобы Данте хотел этого, и в восторге он далеко не был, но понимал необходимость налаживания связей и роль этих самых связей в его дальнейшей жизни, потому смиренно посещал все светские рауты, на которые звали. Вскоре Мицци-младший всё же начал входить во вкус: начитанный, обаятельный и в меру наглый юноша быстро завоевал внимание многих представителей высшего общества. Данте не особо нравилось проводить вечера в компании мужчин и женщин в возрасте, любящих рассказывать друг другу разнообразные сплетни, зато был совсем не против внимания со стороны их дочерей. Миловидный юноша, который не лезет за словом в карман и умеет делать изысканные комплименты, - ну разве не мечта любой барышни? Очарованные им, девушки вились вокруг него, борясь за его внимание, а он, опьянённый таким интересом, был только рад составить им компанию. Долгое время Данте удавалось обходить привязанность к какой-либо одной представительнице прекрасного пола. Ну как можно из этих очаровательных созданий лишь одну? Они все так прекрасны и все так хотят быть замеченными, зачем же их расстраивать?
Так и жили: Данте, в круговороте своих страстей успевающий воспитывать сестру, Керьен, который совершенно не одобрял новый стиль жизни своего друга, отец, всё ещё живший в своём коконе, и дядя Рольф, активно пробивающийся вверх по служебной лестнице. Так продолжалось довольно долго, настолько, чтобы всё успело стать обыденностью и прижиться, пока судьба не надумала сделать новый виток.
Первая любовь нагрянула внезапно. Свалилась, словно снег на голову, разразилась громом среди ясного неба и едва не свела юного Мицци с ума. Имя этому безумию было Николь Вилье. Она обладала безграничным обаянием, которое свойственно француженкам, и обаяние её непостижимым образом сочеталось с пылкой и своевольной натурой. Остроумная девушка с гордой осанкой встретилась Данте на одном из выходов в свет, и их знакомство началось со взаимных шпилек, завуалированных под комплименты. Банальнее начала и быть не могло, но так или иначе Данте и Николь прониклись друг к другу какой-то новой для них привязанностью. Скорее всего, Мицци нашёл в ней родственную душу, что и разбудило в нём такой интерес к девушке, которая постепенно оттеснила собой всех остальных. Более того, она всегда говорила юноше то, что думала, не пыталась лукавить, желая добиться его расположения, Николь просто была собой.
Данте и нравилось его состояние, и в то же время оно его неимоверно бесило, потому как эта влюблённость - положение крайне шаткое, и к тому же ограничивающее свободу воли. Юноша только и думал, что о строптивой француженке, позднее с ужасом осознал, что и говорить может по большей части только о ней, причём выговаривался он своей трёхлетней сестре. Само собой, Сантина не понимала, чего от неё хочет брат, но всякий раз так внимательно слушала его исповеди, будто бы готова была дать Данте дельный совет. В итоге роман всё же имел место быть. Он вспыхнул так же быстро, как позднее и затух, но долго ещё горел в памяти ярким пламенем. В высшем обществе даже поговаривали о свадьбе, уж очень гармонично эти двое молодых людей смотрелись вместе, и всем казалось, что влюблённые не хотят отпускать друг друга ни на секунду, но не судьба. Спустя какое-то время влюблённость прошла, вдруг и без какой-либо причины, будто и не было. Данте даже недолго скучал по этому состоянию, нагоняющему на сознание дурман, но вряд ли его можно было вернуть. Да и можно ли разжечь пепел? А потом выяснилось, что это взаимно, и пара распалась, мгновенно и безболезненно, Мицци и Вилье даже остались друзьями, словно и не было между ними ничего большего, но дружбу надолго сохранить не удалось: семья Николь, державшая свою сеть ресторанов, вдруг стала стремительно терять доход, и им грозило банкротство. Вилье уехали во Францию к своим родственникам, не желая спускаться на второй уровень, и тем самым связь между Николь и Данте оборвалась.
И вновь свобода от всех оков, которая перетекла в новое увлечение. У отца в офисе появился новый курьер, и стала им молодая девушка по имени Инесса Ллойс. Данте случайно стал свидетелем того, как секретарь отчитывал несчастную за задержку доставки, после чего посочувствовал девушке, они разговорились, нашли  друг друга интересными собеседниками. Потом несколько раз снова встречались в офисе Мицци, потом пару раз в неформальной обстановке... И очень быстро друг другом увлеклись. Нельзя сказать, что это была любовь, нет, слишком громкое слово. Влечение, страсть, возможно, симпатия – что угодно, но не любовь в полном смысле этого слова. У этих отношений не было будущего, и продлились они недолго. Было между молодыми людьми какое-то расстояние, по большей части тому виной стало разное положение в обществе.
Вновь расставание никак не обозначило себя на душе. Впрочем, оно было и к лучшему, учитывая, какой сюрприз ждал Данте впереди.
Спустя какое-то время после их разрыва до Данте дошла новость, что Инесса родила девочку. И родила от него. Он не знал, что больше всего ощутил в тот момент, - шок, удивление или испуг. Внебрачный ребёнок у сына столь влиятельного человека, каким был его отец, - огромное пятно на репутации всей семьи, тем более что родила этого ребёнка женщина из другого класса, да и Данте на тот момент было всего двадцать лет, какой из него отец? Но внутри всё равно гаденько ворочалась совесть – коль не подумал раньше, теперь изволь расплачиваться. Данте решил расплатиться буквально – помочь Инессе деньгами или чем ещё, но та презрительно отказалась от помощи, кроме того, она уже успела выйти замуж, и её муж знать ничего о бывшем возлюбленном своей жены не хотел. Что ж, воля ваша, так даже лучше.
Тем не менее, на душе остался совершенно неприятный осадок. Отец, мягко говоря, был в ярости, что вполне резонно, но со скрипом успокоился, когда узнал, что Инесса не собирается болтать. Всё-таки внебрачная дочь и её репутации чистоты не прибавляет.
Помимо семьи Мицци о незаконнорождённой девочке знал только Керьен. Само собой, когда эта новость до него дошла, друг пришёл в тихий ужас, но, тем не менее, Данте поддержал, решив отложить все лекции о морали на потом - ему и без того сейчас трудно, плюс сама эта ситуация - тот ещё урок.
Со временем эти волнения улеглись. Данте смог загнать мысли о ребёнке на задворки своего сознания. Дочь он никогда не видел, но знал, что её назвали Вита. Иногда юноша ловил себя на мыслях о ней: как она там? На кого похожа? Хорошо ли с ней обходится отчим? Но эти терзания быстро оттеснили другие проблемы - настал год, когда Сантина должна была пройти вакцинацию.
Сказать по чести, на отца Данте и не надеялся. Если он пять лет с дочерью даже толком не говорил, с чего бы ему избавлять её от необходимости проходить проверку? Потому основная ставка была сделана на дядю Рольфа, но совершенно неожиданно с вопросом разобрался именно Мицци-старший. Он вновь лишился ещё одной шахты, потому как не смог обречь дочь на жизнь в гетто. Данте даже немного смягчился в отношении отца, хотя отношения между ними и не стали прежними. Вильгельм по-прежнему оставался нелюдимым, замкнутым в себе, и Сантине внимания уделять больше не стал. Прежнему отцу уже не было суждено вернуться.
Пять лет прошли в относительном спокойствии. Данте окончил университет, дядя Рольф поднялся на небывалую высоту - стал патрицием, Сантина росла здоровой и, казалось, её способность вовсе девочку не беспокоит. Всё шло своим чередом, пока отец вдруг не начал сгорать буквально на глазах. Поначалу он стал выпивать, немного, но регулярно. Однажды даже случилось Данте застать его в кабинете за распитием вина, и отец пригласил его составить ему компанию. Получился весьма душевный разговор, оставивший после себя на душе приятное ощущение, чего не было уже очень долгое время, и Мицци-младший не придал значения тому, что застал Мицци-старшего с бутылкой. Как позднее оказалось, то был далеко не первый раз, и постепенно подобные сеансы "терапии", как называл это сам отец, только учащались, и вино со временем вытеснили более крепкие напитки. Потом он даже перестал скрываться и вновь обрёк их с сыном отношения на очередной кризис. Само собой, Данте не желал своему отцу участи пропойцы, а потому всячески попытался на него повлиять, но всё безуспешно. Отец пил и пил много, а спустя время семья Мицци снова облачилась в траур.
Бездыханного Вилгельма нашла служанка, когда пришла убраться в его кабинете. Мицци-старший сидел в кресле перед камином, рядом с креслом стояла пустая бутылка из-под виски, и на первый взгляд мужчина просто прикорнул, засидевшись в кабинете допоздна. Медики постановили смерть от сердечного приступа.
От тяжести ответственности, разом свалившейся на плечи, Данте на какое-то время впал в уныние. Само собой, он, как единственный наследник, рано или поздно занял бы место отца, но Мицци думал, что случится это скорее поздно, чем рано, а теперь в двадцать пять лет на нём управление семейным делом и содержание сестры. Кроме того, несмотря на все разногласия, отца он любил, и его смерть стала огромной утратой. Сантина была убита горем не меньше. Она винила себя в смерти матери, а после смерти отца вдруг стала считать себя чудовищем, паразитирующем на собственном брате. Данте пытался успокоить её, но никакие уговоры не помогали, в добавок ко всему сестра боялась потерять ещё и брата, а потому отказывалась куда-либо его из дома отпускать. Оставалось лишь снова ждать, пока время вновь более-менее вернёт всё на круги своя, но вдруг стало известно о том, что этот год унёс ещё одну жизнь.
На пороге дома Мицци появился мужчина. Он представила Адамом Харлоу и принёс Данте весьма печальную весть - Инесса, жена Адама и мать внебрачной дочери Мицци, не так давно скончалась из-за болезни. Мужчина заявил, что не станет воспитывать дочь чужого мужчины, так что у Данте есть выбор - либо он позволяет отдать своего ребёнка в приют, либо в нём всё же просыпается совесть, и он забирает девочку к себе. "Я Вам об этом сообщил, господин Мицци, а Вы уж решайте, на какую судьбу обречёте своего ребёнка".  Долго раздумывать Данте не стал и принял единственно верное решение.
Чем ближе становилась встреча, тем сильнее поднималось в нём волнение. Он, конечно, ладил с сестрой, но её он буквально сам воспитывал с рождения, а это… Это совсем другое. Хотя бы потому, что дочь – не сестра, в связи чувствуется ощутимая разница. Плюс ко всему, за пять лет её жизни он ни разу не видел Виту. Что он ей скажет? "Привет, я твой папа, теперь ты будешь жить со мной"? Оставалось только надеяться, что девочка примет его, и её тоска о матери со временем ослабнет.
Знакомство с Витой прошло, в целом, гладко, даже учитывая то, что девочка оказалась не по годам наглой и не к ситуации спокойной. И вообще к новоявленному папаше отнеслась весьма скептично, однако безропотно отправилась вместе с ним на третий уровень. Тут-то и началась весёлая жизнь. Дом Мицци из дома скорби превратился в сумасшедший дом, перевёрнутый с ног на голову, чего не было с тех пор, как Данте был ребёнком. Девчонка оказалась настолько непоседливой, непослушной и самой себе на уме, что обитатели дома первое время едва ли не лезли на стену. Кроме того, Вита ко всему прочему обладала способностью, причём весьма специфичной - творила иллюзии, и такие реальные, что даже Данте поначалу не мог понять, существуют эти видения в реальности или нет. Адам, как назло, ни слова не сказал о даре девочки, словно в отместку за давнюю связь его жены с Мицци. В любом случае, это означало, что вновь придётся как-то откупаться от проверяющих.
Время проверки приближалось, проблемы на шахтах, оставшиеся после отца, не разгребались, девчонка всячески старалась поддеть отца, Данте бесился оттого, что на него свалилось всё и сразу. Одно радовало - Вита и Сантина быстро нашли общий язык, а это означало, что сестра, возможно, быстрее выйдет из своего подавленного состояния, а дочь в свою очередь быстрее адаптируется в новой обстановке. А её отец пока найдёт способ уберечь её от жизни в гетто, учитывая тот факт, что передача ещё одной шахты ещё одному проверяющему заметно урежет доход. К счастью, на тот момент дядя Рольф уже год как являлся патрицием. Пусть подвластной ему сферой и была культура, связей это не отменяло. Всегда неунывающий Вебер и в этот раз оказался источником веры в лучшее - познакомившись с внучатой племянницей, он пообещал уладить все вопросы, отметил, что дочка характером пошла явно в папу, и вернул Данте веру в свои силы. Пусть ему только четверть века от роду, парень он сообразительный и хваткий, а это значит, что с делом своего отца он справится.
Проблемы были улажены, у Виты не было обнаружено никаких "ненормальных" способностей, а новоявленный глава семейства постепенно осваивался в новой для него стезе. Дочь по-прежнему являла собой образец самодурства и активности, Данте пытался в свою очередь её воспитывать, но безуспешно, и все в один голос как назло утверждали, что Вита ну очень похожа на папу. Особенно резво это утверждал Керьен, который подвергся нещадному вниманию со стороны этой юной особы.
Вновь в семье воцарилось некое подобие стабильности, но Данте помнил, как совсем недавно Сантина винила себя едва ли не во всех смертных грехах из-за своей способности. Хотя, в её случае это всё же было проклятье, потому её старший брат решил действовать. Сказать по чести, он совершенно не знал, с чего начать, ему не было известно, возможно ли избавить человека от его способности, а если возможно, то как это сделать. Идею избавить Сантину от её проклятья от всей души поддержал Керьен, который на тот момент сделал весьма успешный старт в медицинской карьере, и его поддержка окончательно убедила Данте в правильности его намерений.
Создание собственной лаборатории растянулось на долгих десять лет. За это время Мицци смог найти нужные для исследования оборудование и медикаменты, причём присвоил их незаметно для правления, не вызывав никаких подозрений. Постепенно нашлись и люди, которых Данте тщательно проверял, пока не убедился, что каждому из них можно доверять. К исследованиям, само собой, присоединился и Керьен, который за свои достижения в медицине не так давно был переведён в третий класс. Кроме того, Данте смог подобраться к правительственному бункеру, где изучают людей со способностями, практически вплотную, - стал одним из спонсоров, вкладывающих крупные суммы в исследования, плюс обзавёлся среди учёных своими людьми. И всё, казалось бы, было на полпути к заветной цели, но Мицци умудрился обзавестись весьма и весьма влиятельным врагом среди патрициев, который твёрдо вознамерился выжить ненавистного Данте с третьего уровня и смог завладеть облигациями угольных шахт, которыми тот владеет. Возможно, счёт идёт на дни, если не на часы, так что мужчина, кляня себя за просчёт, вертится как уж на сковороде.  Он заручился сомнительной поддержкой Дэвиса Мэйза - неуловимого афериста и искусного вора, который за определённые вознаграждение должен будет проникнуть в банк и достать нужные документы, плюс ко всему связался с Фрэнки Арп - талантливым, возможно, даже гениальным инженером, которая по какой-то неведомой Мицци причине находится в розыске, и которую он смог вытащить из безысходной ситуации. В благодарность она должна найти способ обойти систему безопасности упомянутого банка, а Данте в свою очередь обеспечивает безопасность ей.
Итак, семья Мицци находится на грани лишения шахт, её глава связался с преступником и инженером, находящимся в розыске, в добавок к этому он держит подпольную лабораторию, изучающую способность Сантины, - положение исключительно шаткое. Что будет дальше, неизвестно никому, и остаётся лишь надеяться, что госпожа удача выберет нужного фаворита.


СТРАХИ: больше всего на свете Данте боится потерять свою семью и шахты, которые семье принадлежат.
ПРИВЫЧКИ: при чтении книг делает пометки на полях и подчёркивает понравившиеся ему мысли и высказывания, в задумчивости вертит в руках мундштук, трубку или перо. 
Из вредных: не гнушается побаловать себя алкоголем, очень много курит.
УМЕНИЯ: помимо присущих всем навыков (чтение, счёт, письмо и т.д.), довольно тесно знаком с искусством и обладает определёнными талантами: он прекрасно играет на фортепиано, рисует (по большей частью делает карандашные рисунки), имеет весьма недурной голос, хотя поёт крайне редко (и вообще чаще всего на хмельную голову). Талантливый стратег, обладает проницательным умом, способен здраво анализировать. Меткий стрелок, умеет стрелять из короткоствольного оружия. Помимо родного английского неплохо владеет немецким и немного похуже - итальянским.
СИМПАТИИ/АНТИПАТИИ:
Любит: свою семью, хороший табак, белое полусухое вино, театр, технический прогресс, живую музыку, книги, слушать ложь, когда знает правду, отношения без обязательств, чувствовать превосходство.
Не любит: азартные игры, сладкий чай и сладости в целом, нелепые ситуации, беспорядок в комнате, брюзжание, обыденность, ошибаться, действовать по указке.
ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА: самодур, привязан к семье, хитёр, влюбчив, быстро теряет интерес к чему-либо, скептик, не гнушается переступать закон, склонен к перепадам настроения, целеустремлён, в какой-то мере упрям, в меру наглый.

«В любом случае, ты такой, какой ты есть. И если я тебе скажу что-то нелицеприятное, то от этого ты не изменишься».
© Frankie Arp


Пожалуй, самой яркой чертой Данте является неоднозначность его характера. Трудно предугадать, как он отреагирует на что-либо и как поступит в той или иной ситуации, по большей части потому, что действует он чаще всего по наитию, в зависимости от настроения. Однако, стоит отметить, что в делах, касающихся бизнеса, Мицци проявляет необычную для него рассудительность, он взвешивает каждое своё действие, продумывает каждый шаг и не станет действовать, пока не убедится в правильности принятых решений, хотя импровизации всё же не исключает. В остальном же мужчина позволяет себе определённую вольность в действиях. Ему ничего не стоит высказать собеседнику всё, что думает, в особенности если собеседник Данте наскучил или чем-либо его довёл. Вывести Мицци из себя довольно легко, но в этом случае он скорее прибегнет к сарказму и "шпилькам" в адрес оппонента, чем начнёт бессмысленно орать. Хотя, из-за склонности к резкой смене настроения, способен выпустить пар на совершенно безвинном человеке или даже за совершенно незначительную провинность, потому подчинённые его побаиваются. Что примечательно, чувство вины за срыв его преследовать не будет. Вообще, совесть у него несколько приглушена, а потому терзает своего хозяина довольно редко, хотя всё же бывают ситуации, когда она даёт о себе знать и лишает Мицци покоя.
Данте ведёт довольно праздный образ жизни, позволяя себе расточительство, любит побаловать себя какой-нибудь дорогостоящей новинкой в области техники или купить что-нибудь для семьи просто так, без нужды. К слову, делать такие вот сюрпризы членам семейства он очень любит, наверное, по большей части потому, что безгранично семье предан. Ради родных ему людей Данте готов буквально на любое безрассудство, если оно необходимо, как ни странно, он любящий отец и заботливый брат. Он крепко привязан к дочери и сестре, и, пожалуй, они являются его своего рода слабым местом.
Кажется, будто все эмоции написаны у него на лице, но на деле свой истинный настрой он умеет весьма искусно скрывать под нужной ему личиной. Мицци хитёр и умён, и именно эти два фактора зачастую обеспечивают ему успех. Мужчина наглый, но в меру, кроме того, не лишён определённой харизмы, умён и начитан, потому довольно часто он способен относительно легко расположить к себе человека, если не столкнётся с кем-то, кто по характеру похож на него. К таким людям он испытывает неприязнь, будто бы не переносит тот факт, что кто-то может быть таким же как он, сводя на нет его уникальность.
Влюбчив и ревнив, хотя не терпит, когда ревнуют его. За тридцать пять лет своей жизни Данте не раз оказывался под влиянием женских чар, но в подавляющем большинстве случаев романы быстро заканчивались по тем или иным причинам. Впрочем, чаще всего причиной становился тот факт, что Мицци очень быстро перегорает. Добившись чего-либо или кого-либо, он практически мгновенно теряет интерес и столь же быстро находит другой объект для своего любопытства. Конечно, бывают случаи, когда что-то его цепляет, но такое бывает относительно редко. Стоит отметить, что,  несмотря на влюбчивость, Данте не позволяет себе начать новый роман, если не расстался с предыдущей пассией. Ко всему он относится со здоровой долей скептицизма - удивить его трудно, потому наибольшее удивление у Данте вызывает сам факт того, что он чему-то удивился.
Мужчина не упрям, но если уверен в своей правоте, будет до последнего стоять на своём. Переубедить его можно, но чаще всего это удаётся строго определённым людям, которые пользуются его доверием. Мицци не лишён самоуверенности, он твёрдо верит в свои силы и иногда скатывается в высокомерие, но мироздание мгновенно даёт ему пинок, и самомнение возвращается в нормальное положение.
Данте ненавидит ошибаться и проигрывать, остро реагирует на свои неудачи и винит в них чаще всего себя, если не было очевидных внешних факторов, что заставляет его заниматься самокопанием, дабы проанализировать все ошибки и впредь их не допустить. Терпеть не может, когда на эти самые ошибки ему указывают, особенно посторонние люди, и не любит, когда кто-нибудь начинает давать ему советы (ибо это позволено опять же лишь некоторым).
Он не лишён чувства юмора, любит пошутить, подколоть, юмор у Данте в основном безобидный, хотя в некоторых ситуациях шутки у мужчины довольно чёрные. Умеет смеяться над собой и позволяет смеяться над ним, но вновь это позволено далеко не всем. Обижаться за смех Мицци не станет, но весельчака запомнит, а в подходящий момент всё припомнит. К слову, мужчина не обидчив, привык пропускать остроты мимо ушей или отшучиваться, не принимая всё слишком близко к сердцу.
Мицци нравится чувствовать, что от него кто-то зависит, чувствовать власть над другими, в какой-то мере это придаёт ему уверенности в себе. Иногда он слишком увлекается, злоупотребляет своей властью и чаще всего сам вернуться в прежнюю колею не может, а оттого наживает себе недоброжелателей. К слову, несмотря на всю его харизмы, весь ум и прочее, обладает удивительной способностью обзаводиться недругами с завидной скоростью. Чаще всего дальше "холодной войны" дело не заходит, но приятного в этом всё равно мало.
Несмотря на свою импульсивность, Данте способен сострадать, особенно родным и близким людям. Он может подать руку помощи даже малознакомому человеку по причинам, понятным только ему, - может, от скуки, или звёзды просто так сложились.
Привычный к тому, что люди склонны лгать, ко лжи Мицци относится снисходительно. Главное, что он понимает, когда ему пытаются солгать, а так пусть врут сколько угодно, кроме того, сам Данте зачастую "приукрашивает" и "недоговаривает", если ситуация того требует, плюс он научился делать это искусно, так, что и от правды не отличишь. Однако от слишком наглой лжи или если ложь как-то задевает лично его, мужчина может вспылить без видимой для собеседника причины, что мгновенно списывается на самодурство. Впрочем, Данте действительно самодур. Чаще всего он поступает так, как сам считает нужным, не считаясь практически ни с чьим мнением, что зачастую портит впечатление о нём.
Он не любит, когда люди изливают ему душу, в особенности если они не входят в узкий круг его друзей, сам Данте не склонен к откровениям, предпочитая помалкивать о том, что его гложет. Хотя, есть всё же человек, с которым он бывает откровенным, - это его младшая сестра, остальным он попросту не пускает копаться в его душе. Но бывают и исключения из этого правила, обычно причиной им является алкоголь, употреблять который Данте не гнушается. За своим здоровьем мужчина совершенно не следит, потому в свободное время он позволяет себе стакан-другой виски или пару бокалов вина, кроме того, он заядлый курильщик, и очень часто его можно застать с трубкой или сигаретой. Мицци нравится в дружеской обстановке напоить человека, а потом слушать, как тот выбалтывает то, чего никогда не сказал бы, будучи трезвым. В таких ситуациях мужчина любит повторять известное латинское изречение: "Истина в вине". Вообще Данте любит наблюдать за людьми, анализировать их слова и действия, чтобы знать, чего можно от них ждать и как с ними лучше обращаться. В общении с людьми ведёт себя уверенно, чувствует так же, ему совершенно не составляет труда заговорить с малознакомым человеком, особенно если тот на уровне какого-то шестого чувства пришёлся ему по душе. И наоборот, если человек сразу не понравился Данте, он не постесняется это показать. Впрочем, если контакт с этим человеком несёт какую-то выгоду, Мицци способен лицемерить, хотя не любит переступать через себя.
На пути к своей цели Данте способен на многое, не гнушается переступать закон, но только в тех случаях, когда уверен в своей безнаказанности. Наверное, не найдётся такой ситуации, в которой мужчина бы сдался и перестал бороться, он слишком упорен, чтобы опускать руки. Кроме того, опустить руки - значит проиграть, а проигрывать, как уже упоминалось, он ненавидит. Мицци склонен к разного рода авантюрам, что в определённой доле разбавляет обыденную жизнь риском. К слову, обыденность он не особо любит, способен терпеть её совсем недолго, а потом начинает искать выход из неё, иногда даже неосознанно.
В какой-то степени Данте присуще благородство, хотя, возможно, он и сам это не до конца осознаёт, учитывая тот факт, что позиционирует себя как циника и называется себя эгоистом. Это, впрочем, не так уж далеко от истины. Мужчина любит себя, знает себе цену и часто оскорбляется, если кто-то его недооценивает. 
Нельзя сказать, что Данте педант, но порядок вокруг себя любит, потому все вещи после использования кладёт на отведённые им места.


СВЯЗЬ: ищите меня здесь.
ЧАСТОТА ПОСЕЩЕНИЯ: каждый день, если не произойдёт никаких форс-мажорных ситуаций.


+

Я наконец-то её добил, всем шампанского!